Хромая волчица

На улице вечерело. Старик, по своей давней традиции решил выпить чаю из свежих листьев смородины и малины.

В это время года они самые полезные и ароматные, никакой заморский цейлонский чай не сравнится с этим натурально выращенным в своем огороде.

Семеныча односельчане уважали, так как он знал название каждой травинке, знал от чего она лечит, в какое время её собирать следует, да из животными он общий язык как никто умел находить. Звали его, если куры вдруг нестись прекращали, а у коз молоко горькое становилось.

Хоть в общении с людьми он никогда не был многословен, но любую возникшую проблему решал так, будто всю жизнь читал энциклопедии научные или в институте обучался.

 

Люди только диву давались и, положа руку на сердце, слегка побаивались его. Старик едва успел взять в руки старый стакан со свежезаваренным чаем как услышал скрип калитки. Кто-то быстро шёл по двору.

В дверь настойчиво постучали. Семёныч не ждал гостей в такое время. Не торопясь он отпил ароматный напиток одобрительно произнеся:

— Хорош, русский чай.

Ночной визитёр уже молотил в окно. Раздался крик Ваньки соседа:

— Семёныч, отворяй дверь. Совет твой нужен.

— Ишь ты какой настойчивый. Что тебя на ночь глядя принесло? — пробурчала Семёныч, тяжело приподнимаясь с деревянной табуретки и направляясь к двери.

За окном послышался громкий голос Вани:

— Хозяин открывай!

Семёныч открыл рассохшуюся от старости дверь в сенях и выглянул на улицу. Встревоженный сосед сбивчиво начал рассказывать новость, показывая рукой на калитку и зовя Семёныча с собой.

— Семёныч, пошли скорее. В огород к Галине Ивановне волк забрался. Хорошо что вовремя заметили. Если бы ночью дело было кур бы передушил у всех. Там пол деревни уже собралось. Палками в угол забили да по хребту надавали. Что с ним делать сейчас не понятно. Скалится. Того и гляди набросится. Близко люди боятся к нему подходить мало ли бешеный может какой-то.

Старик внимательно выслушал собеседника, перекрестился и начал быстро одеваться. Его рабочая спецовка висела рядом на гвоздике. Сердце его чувствовала какой-то подвох.

Конечно, волки раньше забредали в деревню, но случалось это чаще всего зимой, когда мороз был очень сильный. Животные не могли найти пропитание в лесу.

Местные старожилы байки рассказывают, что раньше детей в школу отпускать боялись, вроде как были случаи, когда зверье на детей бросалось. Но было это уже лет 50 назад и было ли правдой теперь никто сказать не может.

Дом Васильевых находился в самом конце деревни. Ваня шел впереди, периодически останавливаясь и ожидая старика.

Семёныч старался идти как можно быстрее, но ноги уже подводили. Вроде в душе он был ещё молод, но старость, как известно, не щадит никого.

Подходя к нужному дому, Семёныч услышал подзадоривающие крики, смех и сдавленный вой, леденящий душу. Было такое ощущение, что вся деревня собралась в ожидании зрелища и потехи. Старику стало не по себе от увиденного.

Люди кричали:

— Лови его. Бей. Добивай. Нечего по нашим огородам шляться!

По мере приближения Семёныча толпа начала по-тихому расступаться, голоса становились тише.

Пышнотелая Васильевна, уперев руки в бока, завидев старика начала причитать брезгливым противным голосом

— Семёныч, смотри какое диво — брезгливо сказала она, сверкая в темноте золотыми вставными зубами — вышла нынче в огород, смотрю в темноте глаза зелёные светятся. Ей-богу, чуть в штаны с испугу не наложила. Заорала так, что соседи сразу же сбежались. А Гришка мой только ко мне на помощь бег, да о порог оступился и упал.

— Семёныч, может кончим её по-быстрому. Тут делов то. И шашлыков из дичи состряпаем, нам на всех хватит — противно хихикая над своей шуткой сказала алкаш Борька, еле стоя на ногах.

— Молчал бы лучше, окаянный! Эко невидаль, волка увидел. Если бы я тебя трезвым бы увидел, больше бы удивился — бросил ему в ответ старик.

Семёныч осторожно опустился на колени перед волком. Зрелище было совсем не из приятных. Перед ним была молодая волчица, причём недавно ставшая матерью.

Шерсть животного сильно свалялась и была испачкана запёкшейся кровью. Животное не было агрессивным. Волчица испуганно вжалась в забор и, видимо, совсем обессилела.

Уши её были прижаты к голове, она тряслась от каждого шороха. Большие карие глаза, очень похожие на человеческие, были полны боли и ужаса. Она тяжело дышала.

— Да, народ нынче пошёл. Браконьеры, по сравнению с вами, ангелы покажутся. Потеху себе нашли, толпой на беззащитное животное накинулись. А что плохого она вам сделала? Стадный инстинкт у вас появился. Даже животные так как вы не делают! Чем вы отличаетесь от волка? Вы — двуногие волки, только злобы в вас на порядок больше — огорчённо выпалил старик, слывший немногословным.

Он же понимал, что волчица оказалась здесь неспроста. Люди удивленно смотрели на пожилого человека, но не могли ему перечить, так как каждый был благодарен ему за какую-то услугу и не хотел портить отношения с ним потому что его помощь могла понадобиться в будущем.

Пьяный Борис икнул от удивления, Васильевна охнула, другие зеваки просто решили ждать развязки истории.

Семёныч и волчица долго смотрели глаза в глаза друг другу. Он хотел заслужить её доверие, понять, что привело её сюда.

Было в этих двоих что-то очень похожее, необъяснимое простому человеческому разуму. Может оба были независимыми и гордыми, или старик, живший долгое время в опустевшем доме, сам стал похож на волка одиночку.

Он всей душой любил лес и мог найти дорогу к дому даже закрытыми глазами. Лес стал его единственной средой обитания.

Здесь не было людской злобы, зависти, ненависти. Каждая ветка на дереве, каждый зверь жил той жизнью что и его предки десятки, сотни лет назад.

Семёныч осторожно протянул руку к волчице. Она, не отрывая от него взгляда, подняла окровавленную морду влево и тихо жалобно завыла. Дед громко вздохнул. Казалось, ему тоже физически больно, как и покалеченному животному.

— Васильевна, принеси кусок мяса — скомандовал старик.

Опешившая женщина немедленно попятилась к дому спиной и зачем-то перекрестилась. Она пробормотала себе под нос:

— Что-то, старый, совсем спятил. Волку и такие почести.

 

Но этого никто не слышал. Васильевна вынесла кусочек мяса и не уверенно передала его Семёнычу. Дед аккуратно поводил им перед носом волчицы. Та осталось неподвижной.

— Значит не голодна? — вежливо спросил дед у зверя — Ну что ж — Оглянулся он на толпу и сказал — На сегодня представление окончено. Всем разойтись по домам! Дальше я сам разберусь.

Люди медленно стали расходиться, оглядываясь на старика и волчицу. Они искренне не понимали, как он, дряхлый дед, сможет обезвредить волка, но перечить ему никто не стал.

Семёныч отошел подальше от испуганного, раненного зверя.

— Ну, родная, иди, иди сюда, не бойся, никто тебя больше не тронет, я обещаю. Пойдём, я отведу тебя домой, в лес. Наверно, тебя дома дети заждались — ласково произнёс старик.

Волчица неотрывно смотрела на Семёныча, а затем легла на живот и положила голову на лапы, словно изучая его и решая можно ли ему доверять.

— Смотри, у меня есть еда и нет палок, которыми тебя били. Я действительно хочу тебе помочь — приговаривал старик.

Волчица, видимо, поняла, что опасность миновала и медленно, по-пластунски стала подбираться ближе к мужчине. Тот облегчённо вздохнул и медленно, протянув руку, погладил животное.

Слегка привстав, Семёныч попытался ощупать ребра волчицы и внимательно осмотреть рану, но она резко встала и посмотрела в сторону леса. Дед поймал её взгляд и спросил:

— Хочешь домой? Ребята заждались тебя?

Волчица снова подняла морду, заскулила и протяжно завыла.

— Да, хорошо тебя обработали. Дойдёшь до леса то? — спросил старик.

Волчица медленно пошла в направлении леса сильно прихрамывая. Она постоянно оглядывалась на Семеныча, словно зовя его с собой. Тому было очень жаль животное, поэтому он решил проводить её.

Волчица вела деда в лес достаточно долго, ждала его, если он отставал или долго пролазил через густые буреломы.

Наконец они оказались на месте. Волчица усилила шаг, подошла к чему-то маленькому, легла рядом и заскулил. Семёныч не сразу понял что это.

— Ох ты — едва смог вымолвить дед — Часть от часу не легче.

Он сам, казалось, скоро завоет или заплачет от увиденного. В капкане находился маленький волчонок, несколько недель отроду. Его лапки и бок были плотно зажаты.

Видимо, он совсем обессилел, так как реагировал на маму волчицу, вылизывающую его, только тихим писком.

— Да что ж за день сегодня такой? Получается, ты пришла в село за помощью для волчонка, а тебя саму чуть на тот свет не отправили — пробормотал старик, глядя на волчицу.

Мужчина быстро достал из спецовки походный нож и специальную отмычку, позволяющую ослабить хватку капкана. Около 10 минут ему потребовалось на эти действия.

— Браконьеры с капканами, чтоб вас — выругался рассерженный дедушка.

Волчица все это время внимательно смотрела на Семёныча, но не проявляла никакой агрессии. Она искренне ждала помощи от человека, он был её последней надеждой.

Освободив волчонка, дед взял его на руки и осмотрел раны. Они были достаточно глубокими, требовалось срочно их промыть и обработать, чтобы инфекция не распространилась.

Семёныч аккуратно раздвинул траву перед волчицей и опустил в неё детёныша. Та в благодарность лизнула ему руку.

— Пусть поест, иначе обезвоживания будет, а потом придётся в деревню вернуться, а иначе не вылечить его — грустно произнёс Семёныч.

Они возвратились уже на рассвете. В деревне во всю пели петухи, пытающиеся перекричать друг друга. Дедушка открыл калитку дома, пропустив вперёд волчицу.

 

Хромая волчица

 

— Ну вот мы и дома, а дома и стены лечат — облегчённо произнёс Семёныч.

Около месяца ушло у деда на то, чтобы поставить на лапы волчонка и подлечить его маму. Во двор посторонних он пускать перестал, а для животных постелил старый бушлат под навесом. Там им было комфортно: вроде в поле, а дождь или солнечные лучи не тревожат.

Однажды, проснувшись как обычно утром, он вышел во двор, но не увидел волков на прежнем месте.

— Видимо, пошло на пользу лечение. Ну и правильно, дикие животные должны жить на воле. Может быть когда-нибудь и свидимся, кто знает — задумчиво произнёс вслух старик.

Ему было немного грустно, так как он действительно привык волкам. Он заботился о них как когда-то о своих детях и жене. Он даже пытался обучить волчонка некоторым командам, вроде лежать и сидеть, а сейчас он снова остался один.

Прошло несколько месяцев. Миновала промозглая осень и холодная зима. Наступило долгожданное лето. Каждый раз, отправляясь в лес, он брал гостинцы для зверей, так как нашел их логово.

Оно было недалеко от того места, куда волчица привела его в ту злополучную ночь. Животные хорошо запомнили своего спасителя и всегда были рады этим встречам.

Если бы не грозный облик, можно было бы подумать что это домашние собаки, а не дикие звери, встретиться лицом к лицу с которыми боятся все без исключения.

Семёныча снова часто звали соседи, чтобы помочь с непослушной болеющей скотиной. Он снова ходил в лес по грибы и по ягоды.

Однажды рано утром, дед собрался в лес за ягодами. Уже светало, из отдалённой церкви доносился звон колоколов, батюшка готовился начать утреннюю службу.

Семёныч взял с собой плетёное лукошко и много костей с мясом для волков. Ягоды он собрал быстро. Так хорошо он знал, где находятся большие земляничные полянки, о которых были не в курсе даже местные.

Однако волков на привычном месте не было.

В сердце Семеныча закралось беспокойство.

— Куда могло деться волчье семейство? Неужели опять в беду попали?

Вдруг, неподалёку раздался выстрел. Это был разительный контраст тишины, благоденствия природы и бесчеловечности, ради наживы, ради забавы.

Семёныч, стиснув зубы от злости на браконьеров, пошёл в ту сторону, где раздавались выстрелы. Официальный сезон охоты ещё не открылся. Многие самки сейчас уже дают потомство, к тому же здесь заповедная зона. Неужели у этих людей совсем нет совести?

Подойдя поближе к источнику выстрелов, он увидел трёх пьяных мужиков, развязно разговаривающих друг с другом и смеющихся. Он окликнул их:

— Эй, мужики, здесь охота запрещена. Пожалейте зверье, дайте возможность вашим внукам увидеть живых животных. Мало того лесные пожары губят их, так ещё и такие как вы.

— Эй, старый, ты откуда взялся? Леший что ли или водяной? Валил бы ты отсюда подобру-поздорову, иначе сам пострадаешь, милостивый ты наш — ответил один из браконьеров Семёнычу под дикий хохот друзей.

— Мужики, я серьезно, убирайтесь из нашего леса — прокричал дедушка.

Браконьеры не стали терпеть это и побоялись того, что старый сдаст их полиции, набросились на Семеныча втроем. Когда у старика совсем не осталось сил на борьбу в кустах послышался громкий вой. От неожиданности бандиты опешили и испугались.

Тем временем, с другой стороны, на спину одного из браконьеров набросился огромный волк, свалив его на землю. То же самое случилось и с остальными двумя.

Семёныч только наблюдал за тем как его старые знакомые справляются с его обидчиками. Конечно, он узнал ту самую волчицу и уже подросшего волчонка, которого выходил после попадания в капкан.

Это была жестокая, но в тоже время красивая схватка. Сама природа восстанавливала справедливость по известным только ей неписаным законам. Это высшее проявление благодарности от мира животных.

В том неравном бою волчица была смертельно ранена и погибла на месте. Волчонок, превратившись в большого и сильного зверя, отгонял нападавших.

Семёныч нашел в себе силы, чтобы дойти до деревни и вызвать полицию, чтобы те задержали браконьеров.

Дедушка быстро, для своего возраста, восстановился. Помогли настои целебных трав. Уважать его в селе стали ещё больше, только грусти в его взгляде стало чуточку больше, а в лес он также ходит с гостинцами.

 

Источник: mirdevchat.site

Оцените пост
Панда Улыбается
Adblock
detector