Еще один шанс

Кот спрыгнул с лавки на землю, боднул головой Валеркину ногу, посмотрел на него единственным глазом и уже намеревался раствориться в сумерках, но почувствовал, как его подхватили руки…

Припадая на правую переднюю лапку, одноглазый кот осторожно прошел мимо детской площадки, подошел к лавочке у второго подъезда и, убедившись, что ему ничего не угрожает, запрыгнул на нее.

Наступающие сумерки не могли скрыть от него то, что он хотел увидеть. Да, это здесь. В этом дворе прошло его детство. Деревья успели подрасти, но стены дома остались прежними, даже запах нагретого за день кирпича и сырости, исходящий из подвала, остался тот же.

Лето вступило в свои права, но старого кота уже не могли обмануть обещания теплых, полных неги беззаботных дней. Он знал, что за ними последует холодная осень, а предстоящая зима будет для него последней. Потому он и решил навестить места, где когда-то был счастлив.

Поглядывая на свет окон, он пытался вернуть в памяти ощущения и чувства тех дней, когда не надо было заботиться о безопасности, еде и крове – обо всем позаботится Мама.

Когда каждый день изумлял открытиями и казалось, что будущее будет таким же веселым, беззаботным и радостным, как новый наступающий день.

Кот положил голову на лапы и прикрыл единственный глаз. Ему почудился весенний теплый день, щебет воробьев на ветках тогда еще молодых деревьев, и ласковое поглаживание по спинке: «Мурзик. Он называл меня Мурзик…»

Все. Вот теперь точно все! Валерка, хлопнув дверью, вышел в подъезд, не обращая внимания на рыдания матери, оставшейся в квартире. Рюкзак с уложенными вещами и документами – все, что он берет из этой жизни. Ничего больше ему не надо, всего, о чем мечтает, он добьется сам! Без советов и нотаций, раздражающих его – взрослого семнадцатилетнего парня.

Через четыре месяца будет восемнадцать, можно строить жизнь по своему усмотрению, а пока придется пожить в детском лагере, куда он устроился работать на два предстоящих летних месяца. Есть паспорт и аттестат – достаточно для начала самостоятельной жизни. А дальше – видно будет…

Вечер – не лучшее время, чтобы отправиться в путь, но тем хуже для матери. Пусть поволнуется лишний разок. Выйдя из подъезда, Валерка посмотрел на окна квартиры, в которой прожил семнадцать лет, и решил присесть перед дорогой на подъездную лавочку. Но она оказалась занята бродячим котом. Он сразу понял, что кот бродячий – домашние так не выглядят.

— Разрешите присесть? – Валерке даже стало смешно от своего обращения к бродячему коту, и он едва не рассмеялся своей шутке.

— Присаживайся, я подвинусь, — ответил кот и уступил Валерке место.

Валерка стоял, озадаченный происходящим. Как в сказке – кот заговорил, а он прекрасно его понял.

— Знаешь, — Валерка задумчиво смотрел на собеседника, — у меня в жизни был только один кот, вернее, котенок, с которым я мог разговаривать, и мы прекрасно понимали друг друга.

— И ты называл его Мурзик, таскал ему колбаску из дома, и игрался с ним фантиком, привязанным к нитке… — кот тоже пристально смотрел на Валерку.

— Это ты? – Валерка, наконец, присел и стал внимательно разглядывать кота. – Ну да! Это точно ты, только сильно изменился. У тебя сломана лапка, ты потерял глаз. Шесть лет… Где ты был эти шесть лет?

— Ты тоже изменился, — кот присел. — Стал совсем большим, от тебя пахнет табаком. Но ты изменился больше, чем я. Я уже не чувствую тепла твоего сердца, как тогда – шесть лет назад. Тогда ты был совсем другим, ты был добрым и любил весь мир. Да, я потерял глаз и передвигаюсь не так легко, как раньше, но я остался собой, а ты – нет… – Кот продолжал разглядывать Валерку, — В тебе почти нет доброты, или ты прячешь ее где-то глубоко…Что с тобой случилось?

Валерка прикусил губу. Если бы это говорила ему Мама, то он бы отмахнулся от нее. Он уже давно не слушал ее слов, считая их нудными нравоучениями. Но игнорировать слова кота не получалось.

— Помнишь, Кот, я взял тебя домой, чтобы познакомить с Мамой? Я тогда просил ее, чтобы ты остался. Нам было бы хорошо вдвоем, нет, втроем – еще Мама. Но она запретила мне сделать это. Ты помнишь, как она выставила тебя за дверь? И я точно знал тогда, что она не права. С того случая пропало взаимопонимание между мной и Мамой. На следующий день я решил забрать тебя домой, а если она вновь тебя выгонит – уйти вместе с тобой. Но я не нашел тебя. Я обыскал весь двор, все подвалы, но ты пропал. Куда же ты делся?

— Да, помню тот день, — кот вздохнул. – Мне тогда захотелось посмотреть, насколько велик мир. И я решил прогуляться чуть дальше, чем мне разрешала моя Мама. А потом убегал от бродячих собак, улепетывал от машин, проезжающих мимо, прятался в подвалах и подъездах. Так проходили дни. Потом – месяцы. Наконец, когда я мог вернуться сюда – я понял, что это уже ни к чему. Знакомые коты рассказали мне, что моя Мама погибла, когда разыскивала меня. Вот тогда я и понял, насколько был глуп и самонадеян, – кот пристально посмотрел в глаза Валерке, – Мне кажется, что ты повторяешь мою ошибку. Я прав?

— Нет, Кот. Это не так. Я точно знаю, что моя Мама неправа, неправа с того самого дня, когда запретила мне взять тебя домой, – Валерка говорил торопливо и горячо, — она сделала мне больно и даже не заметила этого. С того самого дня я перестал ее слушать, старался делать все назло ей. Пусть мне будет плохо, но, чтобы ей было хуже!

Валерка внезапно замолчал, заметив грустную улыбку кота.

— Запомни, мальчик, — интонация кота была доброй, будто он разговаривал с ребенком, — ни одна Мама на свете, будь то кошка, или медведица, или ворона, в конце концов! Ни одна Мама, включая твою, находясь в здравом уме и трезвой памяти, не желает навредить своему ребенку. Они искренне считают, что все делают только во благо ему. И тем больнее ранят ее обиды, причиняемые тобой, ведь они попадают прямо в сердце, потому, что ее сердце всегда открыто для тебя…

— Разве, желая добра, можно обидеть человека? – Валерка чувствовал правоту кота, но непросто было признаться в этом даже себе.

— Да, бывает и так. Не может человек не ошибаться и всегда быть правым. Но разве наши Мамы не заслужили от нас такого пустяка — прощать им мелкие и даже крупные ошибки? Ведь это – наши Мамы!

Кот и Валерка помолчали, вспоминая своих Мам. Валерка закурил, затягиваясь по-взрослому.

— Где ты набрался этой мудрости, Кот? – он смотрел под ноги и не поднимал глаз.

– Мурзик. Раньше ты называл меня Мурзик, – кот печально усмехнулся, – Странное имя для такого существа, как я, верно? – он прикрыл единственный глаз, подумал, — Все дело в том, что для тебя это были шесть лет твоей жизни, всего шесть лет. А для меня – вся жизнь. Сегодня я пришел попрощаться с двором моего детства и очень рад подарку судьбы – встрече с тобой. А надо признаться — судьба меня не баловала… Впрочем, ты и сам это понял.

— Мурзик… Я тоже рад встрече с тобой. Я почему-то вновь чувствую себя маленьким мальчиком, рядом со мной котенок, который меня понимает и мне так хорошо разговаривать с ним.

Валерка погладил Мурзика по спинке раз, другой, и почувствовал, как тот потянулся навстречу его руке. Услышал, как замурчал, отзываясь на ласку, старый, покалеченный жизнью кот. В глазах у Валерки защипало.

— Ну вот, — Мурзик был счастлив, — я вновь чувствую тепло твоего сердца. Ты все тот же Валерка. Ты добрый и отзывчивый мальчик. Зачем ты скрываешь это от Мамы? И напоследок, прошу тебя – не повторяй мою ошибку. Мир велик и не всегда добр к нам. И если с тобой что-то случится – это погубит твою Маму. Так уж они устроены…

— Что значит – напоследок, Мурзик? Ты хочешь уйти? Куда?

— Да, Валера, я рад, нет, я счастлив нашей встрече! Об этом я даже не мечтал. А теперь – пора. Здесь чужая территория, и местные коты не очень-то обрадуются моему присутствию. А отбиться или убежать я уже не смогу.

Кот спрыгнул с лавки на землю, боднул головой Валеркину ногу, посмотрел на него единственным глазом и уже намеревался раствориться в сумерках, но почувствовал, как его подхватили руки.
— Нет, Мурзик. Ты не можешь уйти. Ведь это вновь будет ошибкой, теперь уже нашей с тобой. Мы нужны друг другу! – Валерка прижимал покалеченного кота одной рукой к груди, а другой пытался закинуть лямку рюкзака на плечо. – Идем. Идем к Маме. Мне надо попросить у нее прощенье. За все. И еще — ей тоже надо исправить свою давнюю ошибку. Неужели мы с тобой ей этого не позволим?

Бросив рюкзак на лестнице, Валерка бежал, прыгая через ступеньки и прижимая к себе старого, одноглазого кота, а тот вцепился в него, уткнувшись мордашкой в грудь.

— Мама, Мама! Это – я, я вернулся! Мы – вернулись! Открой дверь, Мама! – кричал Валерка, хотя уже знал, что дверь не заперта и будет всегда открыта для него…

Автор ТАГИР НУРМУХАМЕТОВ

Спасибо за лайк

Источник: damy.top

Оцените пост
Панда Улыбается
Adblock
detector