Это уже предел. Рассказ.

— В пятницу третьего числа встретишь ты своего суженого, – проговорила Варька строго, пытаясь сделать голос потусторонним и загадочным.

Ее одноклассница Маринка, для которой и было сказано сие предсказание, нервно захихикала, заерзала на стуле, а потом спросила:

— И когда эта пятница будет?

На дверях кухни уже висел новый блестящий календарь – бабушка подарила его на новый год, и мама сразу его приклеила синими полосками изоленты. На календаре красовалась черная овца – символ года.

Варька встала, подошла к двери и принялась водить пальцем по месяцам, выискивая тройки и сверяя, попадают ли они на пятницу. Маринка встала у нее за плечом и шумно дышала.

— Ну, Варя, блин, только что пятница третье было! А теперь только в октябре! Я так вообще в девках останусь.

Это слово они подслушали от Вариной бабушки, которая ругала нерасторопную младшую дочь, которая никак не выходила замуж и делила комнату с бабушкой. Самой бабушки сегодня не было – она пошла к соседке на пироги. Родители тоже ушли – кажется, на день рождения, и Варя воспользовалась случаем и созвала подруг на святочное гадание.

Подруг было двое – полноватая Маринка с крупными красными угрями на щеках и подбородке и тощая нескладная Анечка с очками как у отличницы. Маринка принесла «Клюковку», а Анечка яблочный сок, и они разбавляли им настойку, называя это «коктейлем».

Та самая младшая дочь и по совместительству тетка Вари тоже была дома, и за молчание стребовала с них порцию коктейля, но от гаданий отказалась, делая вид, что смотрит по телевизору фильм «Двойной удар».

— Вы мне еще поговорите! – цыкнула она, и девчонки прыснули.

Звали ее Оксана. В прошлом сентябре ей исполнилось двадцать восемь, и, по мнению бабушки, «это уже предел». Оксана была невысокая, с кривыми нижними зубами, из-за чего улыбалась она, плотно сомкнув губы, но с вполне симпатичным курносым носиком и глазами навыкате, из-за чего казалась всегда немного удивленной.

— Ксю, давай я и тебе погадаю, – предложила шестнадцатилетняя Варя, которая была уверена – вот она-то не засидится в девках.

У нее было два ухажера. Во-первых, Петька Агапов из параллельного класса, который всегда провожал ее с дискотеки, а, во-вторых, Сашка Светлицкий, которого осенью забрали в армию, и на проводах он поцеловал Варьку прямо в губы и взял с нее обещание дождаться его. Варька об этом никому не говорила, даже подругам.

— Зачем мне твои гадания, – отмахнулась Оксана. – Кого я тут встретить могу, одни хмыри кругом.

— Что сразу хмыри, – обиделась Маринка. – Всякие есть. У меня вон брат развелся, как раз твоего возраста. Тебе сколько лет, тридцать? Или сорок уже?

— Двадцать восемь! – рявкнула Оксана.

— Так тем более, – как ни в чем не бывало, ответила Маринка. – Пошли, чё ломаешься-то.

Оксана взглянула на экран, где Жан-Клод Ван Дамм отчаянно дрался с очередным бандитом, вздохнула и пошла на кухню.

— Ну давай, только быстро, – лениво протянула она.

Варька принялась медленно водить горящей свечой над рядом чисел и букв, повторяя странную тарабарщину, вычитанную в журнале. Воск стекал по пальцам, приятно обжигая кожу. Мотнув как следует свечкой в последний раз, Варя принялась рассматривать магический круг и уверенно произнесла:

— Воскресенье девятнадцатого числа ждет тебя великая встреча.

— Ты издеваешься? – Оксана отвесила племяннице подзатыльник, и та от обиды захлюпала носом.

— Ты чего дерешься, – подала голос обычно молчаливая Анюта.

— А чего она паясничает, – ответила Оксана и ткнула пальцем в календарь с черной овцой.

Девчонки заглянули ей за плечо, и Маринка удовлетворенно крякнула:

— Так это сегодня! Нужно это отметить.

Она потянулась за остатками «Клюковки», по дороге чуть не снеся табуретку и кадку с пальмой.

Оксана с тоской глянула на далекого Ван Дамма и тоже потянулась за стаканом. На самом деле ей до чертиков надоело сидеть в девках, но за кого замуж-то выходить? Кругом одни бандиты и пьяницы. Мать вечно пилит, зять дармоедкой обзывает, а она что, виновата, что вот уже полгода работу не может найти? А пол она мыть не пойдет, не для этого пять лет в институте горбатилась.

К тому времени, как они все вчетвером запевают «Ах, какая женщина», Маринка странно икнула и упала со стула.

Варька испугалась и зарыдала, а Аня опустилась перед подругой на корточках и принялась ее тормошить.

— Скорую надо звать, – глубокомысленно заметила Оксана.

— Ты дура, мама ее убьет, – заявила Аня, пока Варя продолжала рыдать. – Надо в душ ее, отойдет.

Пока Варя с Оксаной тащили Маринку в душ, пока поливали ее прохладной водой прямо в одежде, Аня поговорила с кем-то по телефону и довольная присоединилась к остальным.

— Щас брат ее придет, – сообщила она.

Оксана смутно припомнила, что Маринка упоминала сегодня своего брата, который не то женился, не то развелся. На всякий случай она поправила волосы и надушилась духами сестры.

В дверь позвонили, и Оксана бросилась открывать. На пороге стоял небритый мужчина неопределенного возраста с черной засаленной куртке, без шапки, зато в перчатках.

— Здорова, – поприветствовал ее он. – Где мелкая, очухалась?

Оксана разочарованно посмотрела на своего будто бы сверстника – неужели в глазах девчонок она так ужасно выглядит?

— Очухалась, – ответила она. – Только мокрая вся, мы ее под душ сунули. Сейчас Варька ей что-нибудь даст переодеться.

Несмотря на свою неприязнь, Оксана знала, что держать гостя на пороге невежливо.

— Проходи, – сказала она. – Чай будешь?

— Буду, – обрадовался он. – Меня, кстати, Егор зовут.

— Оксана.

Пришлось поить его чаем и слушать рассказы про беспутную жену, которая укатила с его лучшим другом в Пермь. Наконец, Маринку переодели, и она вышла, икая то ли от холода, то ли от неудачного коктейля.

— О, сеструха моя, – обрадовался Егор. – Давай-ка ее тоже чаем напоим.

От гостей получилось избавиться только к полуночи, когда вернулись и бабушка с тарелкой пирогов, и родители – румяные от мороза и веселые.

Утром за завтраком Варя поинтересовалась у Оксаны:

— И как тебе Егор?

— Какой Егор? – тут же прибежала бабушка, которая развешивала белье на балконе и по всем законам физики ничего не могла слышать.

Маринка закатила глаза.

— Блин, Варя, он страшный.

В принципе, Варя была с ней согласна, поэтому не стала настаивать. А вот бабушка долго не оставляла их в покое, все пыталась вызнать, что за Егор такой.

А летом сыграли свадьбу – Оксана в белом пышном платье улыбалась так, что были видны ее неровные зубы, а Егор, побритый и в новой белой рубашке, выглядел совсем неплохо.

Варька все ждала Сашку из армии, позволяя, однако, Петьке провожать ее после дискотеки.

Маринка уже два месяца как гуляла с выпускником Лешкой Черновым, который собирался поступать в институт, а, значит, ей никого не придется ждать.

А молчаливая Анюта была все такой же молчаливой. Ее на свадьбу не позвали, но она пришла посмотреть на выкуп. Ей понравилось белое платье невесты и длинная фата с бусинами, и она решила, что если будет выходить замуж – только в таком платье.

Источник: interesnoje.ru

Оцените пост
Панда Улыбается
Adblock
detector